ГЛАГОЛЪ

  «По ватаге атаман, по овцам   пастух».                                                                                             Святейший Патриарх Иов.     

  Заметим  сразу: если о теории  tabula rasa, т. е. о теории  «чистого  стола» неизвестно  широкому читателю, то постараемся сразу внести ясность в наше заглавие.    8 марта 1930 года в «Bahrischer Kurier» была опубликована статья бенедек-    тинца  Хризостома Бауера, в которой последователь аббата  из  Монте-Кас- сино   писал:  «Большевизм  умерщвляет  священников, оскверняет   храмы  и  святыни, разрушает монастыри. Но не в том ли  как раз  заключается рели-  гиозная миссия антирелигиозного большевизма, что она  обрекает  на исчез-  новение    носителей  схизматической  мысли,  то   есть  делает  tabula  rasa («чистый стол»), и этим даёт возможность к духовному  воссозданию  Рос- сии» (1).        Я  думаю, ни  один   аналитик, внимательно   всматривавшийся  в  процесс вдовства Московской патриархии, от  кончины  патриарха  Алексия II  (Реди- гера), до  молниеносного  Архиерейского, а  затем и  Поместного  Собора, не сомневался, кто станет первоиерархом РПЦ МП. Был обычный  (ну, немножко  необычный)  для  Московской  патриархии  очередной  Поместный Собор по выборам патриарха. Если, к  примеру, во время избрания патриарха Пимена  (Извекова)  от мирян  на Соборе  присутствовали только старосты (ктиторы) кафедральных соборов, то теперь соборянами стала  «церковная», но  далеко не воцерковлённая околоцерковная элита.          Пиар-акции диакона «всея Руси» Андрея Кураева, епархиальные собрания с подбором «делегатов», верноподданические заявления  чиновников  Отдела  внешних   церковных   связей, цицероновские  речи  архиереев  дальне-ближ- него  зарубежья, «альтернативные» кандидаты  на  патриаршество, такие  как митрополит Калужский и Боровской Климент (Капалин)  и митрополит Минский  и  Слуцкий Филарет (Вахромеев) были  только  фоном, на  котором  вы- писывались  узоры безальтернативного  патриаршества. Всё произошло как и было  задумано. В  наше   время, когда  политтехнологии  по  «всенародным» выборам  глав  государств  достигли  кульминации  своего мастерства, неуди- вительно, что  Московская  патриархия  (не  могу сказать,  РУССКАЯ  ПРА-  ВОСЛАВНАЯ ЦЕРКОВЬ), приняла  и  для   себя  эти технологии. На тихий,  «вопиющий в соборной пустыни глас»  одного  из соборян, что  следовало бы избирать патриарха жеребьёвкой, был  дан безпрецедентный фарисейский ответ:  «Те, кто  настаивает  на выборах патриарха   жеребьёвкой, склоняют-ся к монофизитству. В  процедуре собора реализуется Халкидонский догмат  о  Богочеловеческой  природе  Церкви : - Бог  и  человек. Налицо – противоречивая модель  согласования воли Божией с  волей человеческой.  Прежде  чем  перейти  к   соборности, человек   должен   пройти этап  демократического (выделено  мной, прот. В.А.)  согласования своих  интересов  с другими людьми…».     Итак, можно резюмировать: Всероссийский  Поместный  Собор, - согласно утверждению автора вышепреведенной цитаты, - избравший в 1918 году Свя-   тейшим  Патриархом  Московским  и всея  Руси  св. Тихона  впал  в монофи-  зитскую ересь, и все соборяне стали монофизитами, но, как  надо полагать,  не  теми   монофизитами, которых  ныне  Московская  патриархия  называет  «восточными  православными», а, наверно, какими-то, другими!      Однако  главное, что  нас  интересует, это  не  столько  уже  состоявшееся, сколько  грядущее,  которое  может превратить  РУССКУЮ  ПРАВОСЛАВ-  НУЮ  ЦЕРКОВЬ или:  в  «официальное  православие», или   «политичес- кое православие», или  «полицейское  православие»,  или,  что  ещё  хуже, – в  «папистско-экуменическое  православие  восточного   обряда».      Прежде всего, что мы видим в перспективе взаимоотношений  между  МП  и Государственной  властью Российской  Федерации, которые  предлагаются, не  как  должно  бы, согласно  Конституции, дистанцинироваться  как отделение  Церкви  от  Государства, а  как  симфония  с Государством  уже, увы,  не  православном,  а  только  имеющем  православные  традиции, и   которое  как  «локомотив  истории», по  мнению  многих политологов, стремительно наби- рает  ход  к  неототалитаризму. Вот  тебе,  бабушка,  кто-то  уже  говорит, -  и  Юрьев день!      Я думаю, что во взаимоотношениях между Чистым переулком  и  Кремлём  не состоится практика византийской  симфонии. Для того, чтоб  Российскому Президенту стать  «внешним епископом»  (выражение  Константина  Великого), или «общим епископом» (выражение историка Евсевия),  созывать  соборы,  председательствовать на них, издавать эдикты, стать центром  церковного  единства – centrum unitatis, надо  стать  «Базилевсом», т.е.  императором, а для   этого   надо  возродить  империю, что  в  перспективе   просматривается очень  туманно,  хотя   настальгия  по   великодержавной   государственности  образцов  советских периодов, присутствует в  умах  ряда   чиновников  и  ут-  ративших власть партийцев.     Не подходит здесь и практика симфонии Святой  Руси. Собинным  другом Президенту патриарх не станет; не получит он и  титула  «Великого  Государя»; не состоится  и  «Богоизбранная и  Богомудрая двоица». Совремённое  Руководство  России – не  тишайший Алексей  Михайлович, а   патриарх  Ки-  рилл – не  «благоговеннейший  и преподобный» Патриарх Никон, который, всё же,  был не менеджером, а молитвенником, не катался  на  горных  лыжах и, сменив  подрясник  на  спортивный костюм, не выгуливал породистых  овчарок.       Картина живописца XIX века Александра Литовченко «Царь Алексей Ми-хайлович и Никон, архиепископ Новгородский, у гроба чудотворца Филиппа,митрополита Московского»,  извлечённая ныне, будто на заказ из запасников Третьяковской  галереи  и  выставленная  для  обозрения, думается, не  иллю- стрирует  нынешней  симфонии  властей. Здесь  большую   востребованность  приобретает «икона»  вождя  советского  народа  с  блаженной  Матрёнушкой Московской, из  храма  в Петербургской епархии, возможно, до  времени, пе- ренесённая в домашний иконостас сановного почитателя кровагого убийцы.        Ну, и  конечно, не  сработает здесь теория  кипрской  этнархии  президент- ства Макариоса. Ядерный чемоданчик никто не передаст  в десницу  патриарха  Кирилла; достаточно  и  посоха св. Митрополита Петра, который вложили  в  его  шуию. В 1802 году  один   из   скопцов,   «детушка»  ересиарха Кондратия    Селиванова – Елянский, составил проект переустройства России, по которому  все  функции  государственной  власти  предполагалось передать в   руки  скопцов… (2).